Борис Кубай: Синоптик не должен бояться ошибиться, ибо человек учится только на своих ошибках

В последние дни в сети Интернет широко обсуждается инициатива, которая может повлечь наказание синоптиков за несбывшийся прогноз погоды. За комментариями по этому поводу мы обратились к начальнику Примгидромета Борису Кубаю.

Борис Викторович, министр МЧС Пучков предложил наказывать синоптиков за неоправдавшийся прогноз погоды. Что Вы думаете по этому поводу?

– Почему-то в голову приходит фраза из известного анекдота: «А что тут думать, трясти надо!». Самое простое, что может прийти в голову: не оправдался один прогноз – лишить премии, второй – объявить выговор, а за третий – уволить. И тогда все прогнозы будут оправдываться на 150 %.

А если серьезно?

– Что ж, давайте серьезно. Что такое прогноз погоды? Это не расписание поезда, это научно обоснованное предположение о возможном развитии того или иного события. А если быть более точным, то предположение всегда базируется на нескольких десятках других предположений, которые в конечном итоге, предположительно, должны сойтись в одно точку. Но в каждом из предположений, в каждой догадке, всегда заложена та или иная вероятность ошибки, каждая из которых может стать роковой.

В каждой методике или модели прогноза, которыми синоптик обязан пользоваться, изначально заложены те или иные граничные условия, не гарантирующие стопроцентного попадания.

Исходя из этого, наши партнеры, включая МЧС, должны понимать, что синоптик, так же, как и специалист по прогнозированию, например инфляции или цены на нефть, представляет свое видение о наиболее вероятном погодном событии не стопроцентной обеспеченности. Он знает, что существует некая вероятность и других, может быть противоположных событий, но в тексте прогноза он сказать об этом просто не может.

Груз ответственности на нем лежит колоссальный и он ее чувствует каждым своим нервом. Если к этому еще добавить страх наказания за возможную ошибку, то в самую ответственную минуту его мозг будет парализован и вероятность ошибки будет только возрастать. 

Отсюда непреложное правило: синоптик должен иметь право на ошибку, он не должен бояться ошибиться, ибо человек учится только на своих ошибках. Он должен быть уверенным в себе, в своих знаниях, в своей интуиции и в своих коллегах по работе. Молодой специалист, боящийся ошибиться, никогда не станет настоящим профессионалом.

Наверное, в любой профессии кнут редко бывает эффективным. Вы более 40 лет руководите синоптиками, сначала на Сахалине, теперь в Приморье, приходилось ли Вам наказывать кого-то их них за неоправдавшийся прогноз?

– Вы знаете, в моей практике такого не было. Бывает, ругаюсь, но чаще не за саму ошибку, а за то, чему она научила. Дело в том, что каждый неоправдавшийся прогноз в обязательном порядке подлежит тщательному разбору, в ходе которого синоптик докапывается до каждой из причин, выявляет степень их влияния на конечный прогноз, устанавливает, можно ли было скорректировать прогноз и в какой момент, вырабатывает для себя и своих коллег правила, как не допустить подобного в аналогичной ситуации впредь. Это серьезная аналитическая работа, благодаря которой специалист и совершенствуется.

Если не кнут, то существует ли пряник?

– Безусловно. Первый пряник – это хорошие комфортные эргономические условия, второй – это техническое вооружение, отвечающее самым высоким требованиям, третий – технологическое вооружение, согласующееся с мировыми тенденциями, четвертый – это творческая атмосфера, позволяющая каждому специалисту раскрыться с самой лучшей стороны, пятый – атмосфера взаимного уважения и любви к своей сложной, ответственной, но очень интересной работе.

Упреждая ваш следующий вопрос, скажу, что существует и материальный пряник. Условно он называется премией за оправдавшийся прогноз. Например, за каждый оправдавшийся на 100 % прогноз вы получаете 100 рублей, на 90 % – 90 рублей и т.д. Все это оценивает и рассчитывает компьютер, объективность гарантируется.

Так и хочется спросить, сколько же синоптик получает на руки?

– К сожалению, итоговая зарплата синоптика более чем скромная, она совершенно не соизмерима с ответственностью и напряженностью его работы. Я искренне надеюсь, что это несправедливость будет устранена нашим государством.

Были ли в Вашей многолетней практике случаи непредсказанной стихии?

– Чего не было, того не было. Конечно, досадные «пролеты» с прогнозами бывали, когда вместо жары было прохладно, вместо солнца – дождь, но непредсказанной стихии ни на Сахалине, ни в Приморье в моей практике не было. Было несколько случаев, когда мы предупреждали о тайфуне по полной программе, а он отворачивал на один-полтора градуса широты и мы отделывались легким испугом.

Но каждый такой случай не был забыт, тщательно анализировался и позволял получить все более ценные знания о повадках таких непредсказуемых синоптических объектов, как тайфуны.

А какой показатель Примгидромета Вы считаете самым важным?

– Кроме общеизвестного показателя, оправдываемости прогнозов погоды, есть показатель исключительной важности – заблаговременность штормовых предупреждений о чрезвычайно опасных явлениях. В цивилизованных странах, например, во Франции, существует узаконенный стандарт – 24 часа. Считается, что если синоптики предупредят органы власти об ожидаемой стихии за 24 часа, то этого времени достаточно для предотвращения человеческих жертв и минимизации материальных ущербов.  На фоне этого стандарта средняя заблаговременность штормовых предупреждений в Примгидромете, составляющая трое суток, выглядит более чем убедительно. А, например, о тайфуне Лайонрок мы предупредили за пять суток. По этому показателю мы занимаем в системе Росгидромета одну из лидирующих позиций.

Значит используемая система пряников дает свои плоды.

– Сюда еще надо добавить высокий уровень организации и самоподнимающуюся планку, которая не позволяет остановиться и самоуспокаиваться.

В Рунете по следам московского урагана в адрес Гидрометслужбы России звучит критика о том, что за рубежом погода на погодных сайтах расписывается по минутам и очень хорошо оправдывается, а в России почему-то не так?

Действительно, мы осуществляем ежедневную оценку прогнозов погоды, например, по Владивостоку, публикуемых на общеизвестных приморцам сайтах гисметео, rp5, виндгуру и других. Их точность явно оставляет желать лучшего, что не позволяет нам ничего у них позаимствовать.

Почему же в России популярные и достаточно точные зарубежные модели дают малозначимые результаты?

– Причины кроются в исходных данных, вернее в их количестве. Возьмем хотя бы нашего ближайшего соседа – КНР. В Харбине количество метеорологических станций насчитывается более 200, во Владивостоке – всего 10, в Москве – не более 30. 

В провинции Хейлунцзян общее количество пунктов наблюдений превышает 1000, в Приморье – менее 200.

Во Франции, занимающей территорию в 3 раза меньшую нашего Красноярского края, количество пунктов наблюдений больше, чем на всей территории России. Не говоря уже о США, где автоматическая метеостанция является непременным и обязательным атрибутом каждого фермера.

Каким образом количество пунктов наблюдений влияет на точность прогнозов погоды?

– Фундаментом абсолютно каждой компьютерной модели является так называемый «объективный анализ», в основе которой лежит сетка с равноудалёнными точками (или узлами).  У глобальной, планетарной модели шаг сетки (или расстояние между узлами) может достигать 300 км, у крупномасштабной – от 30 до 50 км, у мелкомасштабной – от 1 км до 4 км. На первом этапе расчетов компьютер должен по фактически наблюденным метеостанциями данным рассчитать значения всех параметров в каждом из узлов сетки путем интерполяции.

К примеру, на расстоянии от Владивостока до Уссурийска в 100 км должно выстроиться 25 узлов сетки (с шагом 4 км), а между этими городами находится всего одна метеостанция (на Угловке). Можете себе представить, с каким загрублением будет осуществлена интерполяция в каждый узел сетки?  

Это означает, что диагноз исходного состояния погоды на данной территории будет явно загрубленным. А далее, какие бы производные или интегралы ни брались, влияние загрубленного диагноза будет возрастать на каждый час прогноза.

Метеорологические спутники и локаторы могут улучшать качество прогноза погоды?

– Могут, но данные спутников и локаторов необходимо регулярно калибровать, верифицировать на натуральных данных метеорологических станций.

Иными словами, космическая, радиологическая и наземная системы наблюдений должны находиться в неразрывной связи друг с другом, тогда будет достигаться максимально возможный эффект.

Таким образом, чем гуще будет сеть наблюдений, тем выше будет точность компьютерного прогноза?

– В принципе да, но есть еще один важный нюанс: для многих моделей дополнительно применяется так называемая система MOS (model output statistic). На основе использования архивных данных наблюдений и данных компьютерных прогнозов текущий компьютерный прогноз еще подправляется статистическими методами. Это дает существенную прибавку к точности прогнозов. Но точность статистических методов тоже зависит от количества пунктов наблюдений и количества их исходных данных.

Мы знаем, что Примгидромет на месте не стоит. Что новенького может появиться в осязаемом будущем?

– Сейчас идёт процесс освоения так называемого «ансамблевого» прогноза. Иными словами, осваиваем несколько лучших мировых моделей, которые одновременно просчитывают прогнозы на неделю вперед с дискретностью 1 час, а синоптик, с помощью определенных алгоритмов сможет выбирать лучшую из них в данной синоптической ситуации и принимать решение, полностью соглашаться или внести свои коррективы.

Благодаря поддержке Законодательного собрания Приморского края и ГОЧС Приморья работаем над восстановлением мобильного приложения «Реки Приморья» и новой версии специализированного вебсайта.

Готовится еще много чего интересного, но об этом предлагаю поговорить в другой раз.

Спасибо!

Пресс-служба Примгидромета